ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
ОЗЕРО
Осава был одет и сидел на солнышке на веранде возле своей комнаты. Веранда выходила на узкий пыльный двор с небольшим, осушенным прудом для карпов кои и скрученной сосной. Осава уже не выглядел больным. На его лице застыло довольное выражение удовлетворенности, которое быстро сменилось разочарованием, когда он увидел, кто вошёл в комнату.
– Ах, это ты. Должен сказать, что ты не торопился. Этот ленивый слизняк Гэндзо тоже исчез.
Акитада объяснил и показал письмо. Осава скривился.
– Я полагаю, это означает, что нам нужно завтра ехать дальше. Я не понимаю, к чему такая спешка, но кто я такой, чтобы допрашивать губернатора? Ну, в любом случае вы двое хорошо отдохнули. Вам лучше встать до рассвета и оседлать лошадей. Поездка до Тсукахары будет трудной.
Им нужно было отправиться в обратный путь и провести ночь в монастыре Шунсея возле Тсукахары. Монастырь собирал местные рисовые налоги, и Осава обычно посещал его во время своих обходов. Монастыри также предлагали ночлег для путешественников, и останавливаться там, помимо строго вегетарианской еды без вина, было намного удобнее, чем жить в хижинах крестьян или спать под открытым небом. Осава, как теперь знал Акитада, не отличался склонностью пренебрегать комфортом.
Когда Акитада спросил, что ему делать сейчас, инспектор что-то пробормотал о том, чтобы он подошёл к хозяйке и помог ей. Такое поручение вызвало удивление, особенно потому, что Осава покраснел и избегал смотреть в глаза.
На кухне странная седовласая женщина готовила еду, а хозяйка, одетая в красивый халат с ярким узором из хризантем и с аккуратно завязанными шёлковой лентой волосами, давала ей инструкции для изысканного застолья.
– И убедись, что там много белых грибов и ростков бамбука, - говорила она пожилой женщине. – господин Осава их особенно любит. Я буду обслуживать его сама, но ты можешь принести еду и вино к двери его комнаты, – тут она увидела Акитаду. – О, ты наконец вернулся. Не мог бы ты принести ещё дров для очага? Если ты голоден, тут осталось немного супа, но ешь его побыстрее. Мне нужно, чтобы ты сходил к мужу Хару и купил аваби и морского леща на обед своему хозяину. Его магазин находится рядом с рестораном «Бамбуковая роща». Скажи ему, что я заплачу позже, – заметив, что Акитада оценил её наряд, она улыбнулась и добавила, подмигнув: - Твоему хозяину лучше и ему нравится у нас.
Пожилая женщина фыркнула, а Акитада усмехнулся и поклонился.
– Ах! Осава – счастливчик.
– Спасибо, - сказала хозяйка, поглаживая свои волосы, и ушла, соблазнительно покачивая стройными бёдрами.
Акитада присвистнул.
Пожилая женщина у очага выпрямилась и посмотрела на него.
– Где же дрова?
Акитада принёс их, а затем налил себе немного холодного бульона с небольшим количеством лапши, и это было всё, что осталось в кастрюле.
– Чувствуйте себя как дома, не так ли? – усмехнулась старуха.
– Просто пытаюсь избавить тебя от неприятностей, тетушка.
– Не называй меня тетушкой, - резко сказала она. – Так шлюхи называют свои старых хозяек. Может быть, это то, что делает из меня моя дочь – шлюшка, но я воспитала её прилично. Поторопись с супом и достань рыбу. У меня достаточно дел и некогда тебя ждать.
Акитада покорно проглотил суп и ушел с корзиной.
Он знал, где муж Хару продавал рыбу, но, поскольку ресторан был открыт, он решил встретиться с самой Хару.
Он нашел её на веранде, где та наклонилась, чтобы вытрясти пыль с соломенных циновок, и представляла интересный объёмный вид своей фигуры. Соперница его квартирной хозяйки, и как хозяйка, и как женщина, была примерно одного возраста, но значительно полнее.
Акитада прочистил горло. Хару повернулась с метлой в руке и посмотрела на него, её глаза расширились от удовольствия.
– Добро пожаловать, красавец, - напевала она, смеясь, глядя на него чёрными глазами. – Что может сделать маленькая Хару, чтобы сделать тебя полностью счастливым?
«Должно быть, в Минато воздух пропитан полуденными ласками», - подумал Акитада. Он ответил на её улыбку и, запинаясь, выполнил своё поручение, как какой-то неловкий школьник.
