THE DISAPPEARANCE OF THE SATURNALIA SILVER
Стивен Сейлор
«Исчезновение серебра Сатурналий»
— Азартные игры на форуме! Это немыслимо Гордиан, как только мы такое позволяем? — фыркнул Цицерон, направив взгляд на кружок мужчин, бросавших кости на брусчатку.
—Но Цицерон, это же Сатурналии, — устало сказал я. Эко и я столкнулись с ним по дороге в дом Луция Клавдия, и Цицерон настоял, чтобы мы составили ему компанию. Он был во вспыльчивом настроении, и я не мог понять, зачем ему понадобилась наша компания, разве что только для того, чтобы просто пополнить ряды его небольшой свиты секретарей и прихлебателей, сопровождающей его на форум. Римский политик никогда не откажется пополнить своё окружение при выходе на форум, даже если в него входят граждане сомнительной респектабельности, вроде меня и тринадцатилетнего немого подростка.
За грохотом кубиков последовали возгласы ликования и вздохи поражения, звон переходящих из рук в руки монет.
—Да, Сатурналии, - вздохнул Цицерон. — По традиции магистраты допускают такое поведение на публике во время фестиваля середины зимы, а римские традиции всегда следует уважать. Тем не менее, мне больно видеть такие низкие занятия в самом сердце города.
Я пожал плечами.
— В Субуре играют постоянно.
—Ну, то в Субуре, - сказал он, и отполированный голос оратора выразил презрение к району, в котором жил я, — но не здесь, на Форуме!
Из ниоткуда появилась группа пьяных гуляк и затесались посреди свиты Цицерона. Гуляки крутились вокруг, их свободные одежды буквально развевались. Сняли свои войлочные шапочки красного, синего и зелёного цвета и вращали в воздухе на указательных пальцах. В середине гуляки несли в кресле горбуна, одетого как старый царь Нума в ярко-жёлтом платье с короной папируса на голове. Он отхлёбывал вино из меха в одной руке, размахивая палкой другой рукой, как будто это скипетр. Эко, в восторге от зрелища, неловко засмеялся и хлопнул в ладоши. Цицерон не удивился.
—Конечно, Сатурналии — мой наименее любимый фестиваль, какими бы мудрыми ни были наши предки, — проворчал он. — Весь этот пьяный разгул и распущенность не должны иметь место в разумном обществе. Как вы видите, сегодня я надел свою обычную тогу, что бы там не требовали декреты для праздника. Нет, нет, у меня нет свободного платья, чтобы показывать свои голые ноги! Свободная одежда ведет к несдержанности. Тога держит человека собранным, если вы понимаете, что я хочу сказать.
Он расправил плечи и слегка покачал локтями, заставив складки тоги образовать упорядоченный узор, а затем поднял одну руку к груди, чтобы держать складки на месте. Мой отец говорит, что у человека должен быть железный позвоночник, чтобы он выглядел респектабельным в тоге. На Цицероне тога сидела как влитая.
Он понизил голос.
— Хуже всего — это свободы, предоставляемые рабам на время праздника. Да, я даю своим день отдыха, и я позволяю им свободно говорить, но я разумно рисую линию, не позволяющую им ходить по улицам, там, где ходят свободные люди. Представьте себе день, когда вы не можете сказать, является ли незнакомец на Форуме гражданином или чужой собственностью! Фестиваль посвящается Сатурну, но не Хаосу! И я абсолютно отказываюсь следовать абсурдному обычаю позволять рабам носить господскую одежду и откидываться на мой обеденный диван, когда я подаю им ужин!
— Но Цицерон, это происходит только один раз в год.
— Это слишком часто.
— Есть те, кто утверждает, что это хорошая практика, чтобы иногда перевернуть всё с ног на голову, позволяя горбуну быть царём и заставляя хозяев прислуживать своим рабам. Зима для таких прихотей — лучшее время, урожай убран, корабли безопасно стоят в гаванях, старые магистраты собираются покинуть свои должности, чтобы новые могли занять их место, и вся республика с облегчением вздохнула, пережив ещё один год коррупции, жадность, воровства и предательства. Почему бы не Риму не нарядиться на несколько дней в свободную одежду и не откупорить новые мехи?
— Ты сравниваешь Рим со шлюхой, - неодобрительно сказал Цицерон.
